Первый громъ, первый дождь благодатный,
Первый звукъ ненаглядной весны,
Воздухъ свѣжій, живой, ароматный,
Тихій шопотъ бѣгущей волны.
А на листьяхъ кудрявой березы,
Когда вѣтеръ, шурша пробѣжитъ,
Вдругъ сверкнутъ эти вѣшнія слезы,
Что роняютъ бѣгущія грозы,
И кивая, весь садъ задрожитъ.
И мелькнетъ мать широкая нива
Изъ-за чащи зеленыхъ листовъ,
И пахнетъ на тебя шаловливо
Вѣтеръ запахомъ чудныхъ цвѣтовъ.
И въ душѣ твоей встанетъ минувшее,
Подъ тоскливую пѣснь соловья,
Все далекое, въ сердцѣ уснувшее,
Встанетъ добрая юность твоя,
И мечты о счастливомъ народѣ,
И о жизни добра и труда,
Что въ умѣ твоемъ жили всегда,
Пробудятся подъ звуки природы.
И заплачешь ты, пошло тупѣющій,
Исковерканный силой судьбы,
Съ каждымъ днемъ, съ каждымъ часомъ слабѣющій
Позабывшій о правдѣ борьбы.
Задрожитъ, словно садъ засыпающій,
Твое сердце, и тихо замретъ,
Обовьетъ его мракъ наплывающій
И туманъ, что съ болота ползетъ.