Въ тиши и мракѣ таинственной ночи
Я вижу блескъ привѣтный и милый,
И въ звѣздном хорѣ знакомыя очи
Горятъ въ степи надъ забытой могилой.
Трава поблекла, пустыня угрюма,
И сонъ сиротливъ одинокой гробницы,
И только въ небе, какъ вѣчная дума,
Сверкаютъ звѣзд золотыя рѣсницы.
И снится мнѣ, что ты встала изъ гроба,
Такой же, какой ты съ земли отлетѣла,
И снится мнѣ, что мы молоды оба,
И ты взглянула, какъ прежде глядѣла.