Въ порывѣ гнѣва и тоски
Въ ночи сжималъ я кулаки…
Увы, рука моя слаба,
И не подъ силу мнѣ борьба.
Жестоко духъ мой пораженъ
И я умру неотомщенъ,
И кровный другъ, возставъ за честь,
Не совершитъ святую месть.
Увы! Не кровнымъ ли друзьямъ
Я гибелью обязанъ самъ!
Ихъ вѣроломство и обманъ —
Виной моихъ смертельныхъ ранъ.
Рукою близкихъ, какъ Зигфри́дъ,
Я былъ предательски убитъ;
Узнать легко бываетъ имъ,
Гдѣ смѣлый витязь уязвимъ.